Сказал — сделал
«Нужно делать то, что обещаешь, и обещать только то, что точно сможешь сделать». Доверие появляется, когда слова годами совпадают с поступками.
Игорь Владимирович Петров. Родился и живёт в Самаре. Двадцать лет в промышленности: от инженера-технолога на ракетном заводе до генерального директора и управляющего собственника ТПК Брик, основателя ИНГРО и съездов «ЗА-ЗАВОД!».
Игорь Петров.Я генеральный директор и управляющий собственник ТПК Брик — российской инжиниринговой компании, которая проектирует и производит нестандартное промышленное оборудование «под ключ»: от идеи и ТЗ до пусконаладки и сервиса. 200 человек, собственное конструкторское бюро, 15 000 м² в Самаре.
Мы делаем железо, которое должно работать в мороз на реальном объекте, а не красиво выглядеть на слайде: вагоноопрокидыватели, баровые комплексы, дробильно-фрезерные машины, толкатели вагонов. Отдельные узлы весят по 30 тонн. Двенадцать лет непрерывных поставок — от Беларуси и Казахстана до Хабаровска и Ванино.
В 2024 году основал ИНГРО — инженерно-производственную экосистему, которая соединяет производственников и загружает простаивающие мощности. Председатель Комитета по промышленности и производительности труда Самарского отделения «ОПОРЫ РОССИИ», организатор съездов «ЗА-ЗАВОД!».
«Раньше хотелось доказать, что могу. Сейчас хочется создать то, что сделает лучше. И это совсем другое топливо.»
Я окончил аэрокосмический университет и по классике пошёл на самарский завод, где делают ракеты. Сначала было невероятно интересно: технологии, сложные процессы, настоящая инженерная среда. Но однажды коллега взяла меня за руку и сказала: «Так нельзя. Работу надо беречь». Через четыре месяца я ушёл.
Дальше были другие предприятия — «Авиаагрегат», тяжёлое машиностроение. Параллельно я встал к станкам и подрабатывал токарем: хотелось понять технологию не только на бумаге, а руками. Со временем прошёл путь от технолога до технического директора.
Иногда меня спрашивают, почему я выбрал самое сложное — тяжёлое машиностроение, да ещё и нестандартные проекты. Если копнуть глубже — это из детства: я строил города из конструктора, и мне постоянно не хватало деталей. Эта тяга к масштабу никуда не делась.
Когда мы с партнёрами задумывали свою компанию, в голове был не маленький цех. В голове был завод. Не история «подзаработать», а история построить что-то большое.
Старт был максимально простым: три станка в долг, площадка 250 м², даже нормальной кран-балки не было — обычная таль. Дальше по классике: работа → первые клиенты → рост. 250 м² → 700 → 1 500 → 5 000… и дальше уже не остановиться.
Сегодня нас в ТПК Брик четверо партнёров: я — генеральный, Сергей Шалаев — операционный директор, Денис Митянин — коммерческий, Андрей Литвиненко — исполнительный. Мы очень разные, спорим и видим вещи по-разному. Но за двенадцать лет ни разу не разошлись в главном — куда идём и зачем.
2014. Гараж на 250 м². Три станка в долг.
Ситуация, варианты, решение, вывод. Включая те, что дались через боль.
«Ошибка могла произойти задолго до того момента, когда ты сорвался.»
— А. Е. Волков, первый ректор «СКОЛКОВО», президент Федерации альпинизма России. Мысль, которую я применяю к бизнесу.
Ситуация. Ситуация: молодой инженер-технолог на заводе, где работают около 20 тысяч человек. Через пару недель коллега говорит: «Так нельзя. Работу надо беречь».
Варианты. Остаться в стабильности — или искать среду, где результат важнее имитации.
Решение. Через четыре месяца ушёл. Дальше были другие предприятия, работа токарем, путь до техдиректора.
Вывод. Эта история показала, в какой среде я не смогу жить. Возможно, тогда и появилась причина стать предпринимателем.
Ситуация. Пора было делать свою компанию — без идеальных условий и без капитала.
Варианты. Ждать денег и «правильного момента» — или начинать с того, что есть.
Решение. Арендованный гараж 250 м², три станка в долг, обычная таль вместо кран-балки. Работа → первые клиенты → рост.
Вывод. Масштаб не появляется сразу. Он собирается шаг за шагом. Стартовым капиталом стала репутация.
Ситуация. Заказов, которые полностью закрывают новые площади, ещё нет. Гарантий нет. Но внутри понимаешь: если не расширяться сейчас, завтра будет поздно.
Варианты. Ждать, пока рынок постучит в дверь, — или создать пространство для роста заранее.
Решение. Искал помещения и брал новые площади раньше контрактов.
Вывод. Иногда развитие начинается не тогда, когда всё готово, а когда ты сам создаёшь для него пространство.
Ситуация. Парк почти в сотню станков был «цифрой-мечтой». Но в кризис каждый простаивающий станок стал источником затрат.
Варианты. Покупать дальше — или сделать производство по-настоящему гибким.
Решение. Родилась ИНГРО: сеть производственных мощностей и инженерных компетенций вместо «всего подряд» внутри одного завода.
Вывод. Гибкость и скорость сегодня ценнее, чем просто массивные мощности.
Ситуация. После срыва на пике Коммунизма и тяжёлых спусков — вопрос, куда направлять энергию.
Варианты. Продолжать проверять себя на прочность — или выбрать.
Решение. Больше не хожу в опасные горы. Семитысячники остались в прошлом — максимум шесть тысяч в хорошей компании.
Вывод. Мне не нужно проверять себя на прочность. Важно направлять энергию в бизнес, команду и рост.
Ситуация. Одновременно — слишком много великих целей: школа для старшеклассников, индустриальный парк возрождения инженерии и ещё десяток таких же.
Варианты. Бежать в десять сторон — или выбрать.
Решение. Часть целей пришлось уничтожить. Это было решение через боль.
Вывод. Фокус появляется не тогда, когда пытаешься успеть всё, а когда начинаешь смело отрезать лишнее.
«Нужно делать то, что обещаешь, и обещать только то, что точно сможешь сделать». Доверие появляется, когда слова годами совпадают с поступками.
«Нет ничего невозможного, просто на невозможное нам потребуется чуть больше времени». Так появилась ИНГРО — из идеи, которую называли фантастикой.
В политике руководителя опираюсь на открытость и доверие к сотрудникам. После тяжёлого года провёл встречу «вопрос — ответ» и ответил на всё без уходов от темы.
Если после совещания слышу «мы не поняли», спрашиваю не «почему вы не поняли», а «что я сказал так, что меня не смогли понять».
Знания нельзя дать, их можно только взять. Прочитай 5–10 книг по теме и после каждой сделай хотя бы одно действие — только так информация становится опытом.
Дисциплина, выработанная в одной сфере, — универсальный «мускул». Но важно отличать лень от истинного истощения: иногда предел — сигнал отдохнуть.
Чем старше становлюсь, тем сильнее понимаю: бизнес — вообще не про деньги. Деньги — следствие. Бизнес — это выдерживать давление, принимать решения, когда страшно, и продолжать идти, когда большинство уже опустило руки.
Не «не рискуй». Я бы сказал: бизнес нельзя строить только на собственной воле. Если компания держится на твоей энергии — это ещё не система, это просто ты очень сильный. Взрослей быстрее, чем растёт компания.
Заводы без людей. Где-то глубоко в космосе — которые сами добывают ресурсы, перерабатывают, создают новые производства и двигаются дальше. Скорее всего, это не история одной жизни. Но можно заложить базу, которую кто-то продолжит.
Раньше казалось, что любого человека можно «докрутить»: замотивировать, зажечь. Практика показала: если внутри нет собственного движения, человек возвращается в привычную точку. Не всегда нужно менять людей. Иногда людей нужно менять.
Работа с психологом — не про слабость, а про ответственность. Компания почти всегда становится отражением собственника: если внутри тревога, она проявится в управлении.
Фразу «работу надо беречь». Мне ближе другая: «возможность надо использовать». Работа заканчивается, должности меняются, а привычка делать больше, чем от тебя ждут, остаётся навсегда.
Профессионализм — это не просто навыки, а умение превращать опыт в решения, а идеи — в реальные изменения. Каждый сертификат — ступень к новым вершинам.
«Грамота эта не моя. Её заработали двести человек, которые двенадцать лет варят, точат, считают, проектируют и выезжают на объекты. Я просто тот, кого позвали на сцену.»
